Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay

Мой крест

  Все выпуски  

Мой крест Единство нации


Виктор Семенович Рягузов

Единство нации в ее религиозном разнообразии!

Сразу после Рождества на мою проповедь Пробуждение, нужное России (http://www.moykrest.ru/evangelie/probuzhdenie-v-rossii.html) откликнулся один добрый человек по имени Евгений. Суть моих размышлений была в том, что без ясной проповеди Святого Писания нашему народу никак не увидеть духовного пробуждения. Видимо, против содержания статьи Евгений ничего не имеет, зато его обеспокоил другой аспект нашей жизни. Вот его реплика:

Если у вас служба в церкви это оплачиваемая работа с запада, то у православных священников пожертвования с обрядов это помощь на пропитание. Это давно всем известно, что прихожане сколько могут, столько помогают. Никакой тайны здесь нет.

В этой реплике я вижу две опасности, грозящие не только Евгению, но многим нашим согражданам. Первая: сладостное внимание сарафанному радио. Народное мифотворчество заменило для них необходимость верить скучным фактам. Откуда узнал Евгений, что я оплачиваюсь из западного кармана? Не из того ли самого радио?! Я не желаю, чтобы, такой хороший человек а его имя означает благородный – говорил плохие вещи!Ума не приложу, как он не догадался определить по фотографиям церкви, где я проповедую, что сотням людей по карману содержать одного пастыря на 15 тысяч рублей в месяц. Конечно, не было бы греха получать поддержку от единоверцев с запада, но это было бы для меня унизительно. Если церковь не поддерживает пастыря материально, значит, она его не любит и ему делать в ней нечего. В дореволюционном журнале Гость я прочел короткую речь служителя, прощавшегося с церковью. Вы не любили друг друга, ибо за время моего служения никто из вас не вступил в брак. Вы не любили меня, ибо не прибавили жалованья. Ныне я ухожу работать тюремным священником и на прощание прочту вам евангельский текст: Я иду приготовить место вам. Слава Богу, у меня нет повода произнести подобную речь в своей церкви.

Еще одно обстоятельство оказалось неведомо Евгению: запад давно уже не пылает любовью к России. Западные христиане назвали ее могилой для всех миссий. Они поняли, что русский мужик скорее перекрестится от сильного грома, чем от хорошей проповеди. Загадочная русская душа никак не откликается на призыв жить по евангелию. Ей предпочтительней жить как придется, уповая на авось, небось, как-нибудь. В конце 90-х годов Южная баптистская конвенция США решила отказаться от практики поддержки служителей в других странах. Пример Камбоджи и Китая показал, что церкви стали расти быстрее, как только помощь с запада была прекращена. Местные христиане поняли, что им надеяться, кроме как на Бога, не на кого и нужно расти за счет своих ресурсов

Но и это не все! Евгений не знал, что баптисты в России существуют 140 лет и 110 из них прошли в гонениях от РПЦ, от царской и коммунистической властей. Школьнику ясно, что ни та, ни другая власть не позволила бы нам существовать за чужой счет. Так что догадка Евгения ложна. Он просто не знает истинного положения дел в религиозной сфере.

Вторая опасность, видимая мне в реплике благородного человека, это отрицание важности христианской семьи. Многие заражены страстью встречать христиан по одежке, а не по уму: Раз вы баптисты или лютеране или пятидесятники вы нам не братья. Вы еретики, враги царя и отечества. Вон из России!. Эта позиция собаки на сене уже принесла России много беды, ослабив ее защиту от воинственного исламского фундаментализма, набирающего силу по всему миру. Ральф Джиордано, известный немецкий публицист, в открытом письме к президенту Германии писал: Неужели Вам не известно, что никто до сих пор ни разу сколько-нибудь убедительно не ответил на вопрос о совместимости ислама со свободой слова и совести, равноправием женщин, плюрализмом, отделением религии от государства, короче говоря, с демократией? Ислам чёрная туча, заслоняющая ясное небо XXI столетия, и угрожающе нависш ая над Германией в результате абсолютно непродуманной, ошибочной иммиграционной политики.

На самом деле происходит столкновение двух глубоко различных культурных парадигм, и происходит это сразу на нескольких уровнях. Первая это иудео-христианская, которая, преодолев горькое и страшное наследие предшествующих исторических эпох, через Возрождение, Просвещение, гражданские революции, либеральные ценности, обеспечила громадный прыжок в развитии общества.

Другая исламская, которая после короткого периода расцвета, способного заставить Запад покраснеть от стыда [за своё тогдашнее невежество], погрузилась и по сегодняшний день там пребывает в патриархальность, архаическую стагнацию, характеризующуюся тотальным послушанием, религиозностью, неравенством женщин, патернализмом и безоговорочным следованием религиозным авторитетам.

Принципиальные проблемы, осложняющие их интеграцию, несут в себе сами мусульмане, даже если исходить из предпосылки об их миролюбии. Миролюбие? Допустим. Но скорость и размах организации волн насилия и протеста в исламском мире, когда мусульманам сообщают, что на них кто-то набросился с оскорблениями, откровенно пугает. Зато какая немота поражает здешние мусульманские объединения и общины при мечетях, когда, например, в турецкой Малатье режут на куски сотрудников библейского издательства, когда в Сомали расстреливают монахинь, когда в Пакистане сажают и держат в яме христиан до приведения в исполнение смертного приговора за богохульство. Кладбищенская тишина.

В условиях вышеупомянутой угрозы христиане должны радоваться умножению родственных конфессий католиков, православных, протестантов. Ибо чем больше нас, чем больше мы благовествуем людям, тем меньше будет исламского экстремизма в стране. Не время вести борьбу между собой, когда враг подошел к воротам. Время перестроить наше мышление. Я бы желал, чтобы отношение христиан друг ко другу основывалось на словах Христа: ибо кто будет исполнять волю Божию, тот Мне брат, и сестра, и матерь (Мар.3:35). В этом критерий истинности христианства, а не во внешних отличиях. На российском поле работы хватит всем конф


В избранное