Отправляет email-рассылки с помощью сервиса Sendsay
  Все выпуски  

Майн Рид. Гвен Уинн: Роман долины реки Уай. Главы 27-28


http://www.borisba.com/litlib/index.html
http://www.citycat.ru/litlib/index.html

Рассылка 'Новости компьютерной литбиблиотеки Б.Бердичевского'

Новости компьютерной литбиблиотеки Б.Бердичевского.

Выпуск No 116
Выпуски выходят когда автору вздумается.
Этот выпуск рассылки разослан с сервера borisba.com 142 подписчикам.
Рассылка на Subscribe.Ru производится на несколько дней/недель позже.

Уважаемые читатели!

Выпуски на Subscribe.Ru выходят на несколько дней/недель позже и с традиционной рекламой не от меня. Приглашайте к подписке ваших знакомых!

Продолжаю публикацию романа Майн Рида "Роман долины реки Уай" в переводе Д. Арсеньева.
Сегодня 27-я и 28-я главы.


Сообщения


Открылся мой Форум -- Форум Бориса Бердичевского. Регистрируйтесь и участвуйте!

На моем сервере вы можете подписаться на рассылку, отписаться, а также изменить адрес подписки.

Внимание: на моем майл-сервере включена защита от спама. Если вы хотите послать мне сообщение, сделайте это через форму на сервере.
Вы также можете вставить текст "AntiSpam-Stop" в заголовок письма, чтобы обойти защиту.


Пополнения в моей библиотеке

17.08.2009 -- Знакомьтесь: новый автор в моей библиотеке.

Ирина Левитес и её произведения:

Перевод Майн Рида.
© Д. Арсеньев

Томас Майн РИД.
Гвен УИНН: Роман долины реки Уай.

Продолжение. Начало в No 102

Глава XXVII
Загадочный договор

- Всего лишь священник! - говорит себе Коракл, но не испытывает особого облегчения по сравнению с появлением полисмена.

Ногой откинув собаку, он открывает дверь, спрашивая при этом:

- Это вы, отец Роже?

- C'est moi! 81) - отвечает священник, заходя без приглашения. - А, mon bracconier! 82) У вас что-то вкусное на ужин. Судя по запаху, рагу из зайца. Надеюсь, я вас не потревожил. Это заяц?

- Был, ваше преподобие. Небольшой зайчонок.

- Был! Значит, вы его прикончили. Все съели?

- Да. Остатки у собаки, как видите.

Коракл показывает на тарелку на полу.

- Жаль. Мне нравится зайчатина. Однако ничего не попишешь.

- Если бы я знал, что вы придете. Проклятый пес!

- Нет, нет! Не вините беднягу. Несомненно, ему тоже нравится зайчатина. Наверно, сейчас много зайчат и ловить их стало легче. Ведь они не могут прятаться в зерне.

- Да, ваше преподобие. Их сейчас много.

- В таком случае, если вам попадется еще один зайчонок и вы принесете его мне, я сам смогу судить. Кстати, что у вас в бутылке?

- Бренди.

- Что ж, мсье Дик, был бы благодарен вам за глоток.

- Будете пить неразведенный или с водой?

- Неразведенный. Ночь холодная, и коньяк ее нейтрализует. Я промерз до костей и немного устал, борясь с бурей.

- Ужасная ночь. Я удивляюсь, как это ваше преподобие вышли... в такую погоду!

- Для меня любая погода одинакова - когда призывает долг. Сейчас у меня небольшое дело, не терпящее отлагательства.

- Дело - ко мне?

- К вам, mon bracconier!

- Какое же дело, ваше преподобие?

- Садитесь, и я вам расскажу. Дело слишком важное, чтобы обсуждать его стоя.

Вступительный разговор не успокоил браконьера; напротив, лишь усилил его страх. Однако он послушно садится за стол, священник усаживается напротив, держа в руке стакан с бренди.

Отхлебнув, он продолжает следующим замечанием:

- Если не ошибаюсь, вы бедный человек, мсье Демпси?

- Не ошибаетесь, отец Роже.

- А вы хотели бы разбогатеть?

Лицо браконьера слегка освещается, он приободрился. Улыбаясь, отвечает:

- Я бы не возражал. Наоборот, мне бы этого очень хотелось.

- Можете разбогатеть, если захотите.

- Хочу, как я уже сказал. Но как, ваше преподобие? В этом жестоком мире разбогатеть нелегко.

- Вам будет легко. Без особого труда; не сложнее, чем перенести ваш коракл на пять-шесть миль по лугам.

- Это имеет отношение к кораклу?

- Нет. Потребуется лодка побольше - на трех-четырех человек. Вы можете взять такую или арендовать?

- Думаю, смогу. У меня есть друг, по имени Роб Троттер, у него как раз такая лодка. Он мне ее одолжит, конечно.

- Если не захочет, наймите ее. Не обращайте внимания на цену. Я заплачу.

- Когда она вам понадобится, ваше преподобие?

- В четверг вечером, в десять или чуть позже, скажем, в половине одиннадцатого.

- И куда мне ее привести?

- К переправе; лодка должна быть у берега под церковным кладбищем; там вы должны дождаться меня. Не оставляйте ее, не ходите в "Арфу" или еще куда-нибудь. И если возможно, пусть никто не видит ни вас, ни лодку. Ночи в это время темные, и вы сможете приплыть незаметно. Но главное: никто не должен знать, что вы делаете или что я вам говорю. Мне нужна тайная услуга, о которой нельзя болтать.

- Могу я узнать, в чем она?

- Не сейчас; узнаете в должное время. Со мной будет еще один человек, может быть, двое, чтобы помогать в деле. От вас потребуется немного проворства, какое вы проявили в вечер субботы.

Нет необходимости подчеркивать последние слова, чтобы произвести впечатление на убийцу. Он слишком хорошо понимает намек и вздрагивает, словно его ужалила оса.

- Как? Где? - в смятении и страхе произносит он.

Вопросы задаются машинально. Бесполезно пытаться делать вид, что не понял. Но он получает ответ, холодный и сознательно четкий.

- Вы задали два вопроса, мсье Дик, и на них нужно дать разные ответы. На первый вопрос "Как?" предоставляю ответить вам самому. Я уверен, что ответ вы хорошо знаете. Что касается второго, отвечу подробней, если хотите. Место - там, где некий мостик пересекает некий ручей, вблизи фермы Аберганн. Он - я имею в виду мостик - вечером в прошлую субботу почему-то решил отправиться вплавь к Уаю. Нужно ли говорить, кто его туда отправил, Ричард Демпси?

Человек, к которому относится вопрос, выглядит не просто смущенным - он в ужасе, он едва не сошел с ума от страха. Возбужденно вытянув руку, он сжимает бутылку, наполняет свой стакан и залпом пьет. Он почти желает, чтобы это был яд, который мгновенно убил бы его!

- Не хочу знать ни того, ни другого. К дьяволу мостик! Какое мне дело?

- Не следует богохульствовать, мсье Дик. Не подобает так себя вести - особенно в присутствии вашего духовного советника. Однако я вижу, как вы возбуждены, и это вас извиняет.

- Прошу прощения, ваше преподобие. Я действительно немного волнуюсь.

Теперь он слегка успокаивается: дела в конце концов оказываются не так плохи. Последние слова священника, кажется, обещают сохранение тайны. Еще больше он успокаивается, когда слышит продолжение:

- Забудем об этом. Поговорим впоследствии. Я говорил вам - и не раз, если правильно помню, - что нет такого греха, который не мог бы заслужить прощения. Вечером в четверг вы получите возможность заслужить это прощение. Так будете там с лодкой?

- Буду, ваше преподобие. Это так же верно, как то, что меня зовут Ричард Демпси!

И не зря дает он обещание. Придет, как если бы его привели на поводке. Ибо он знает, что на шее у него петля, и один конец веревки держит в руках отец Роже.

- Достаточно! - отвечает священник. - Если понадобится еще что-нибудь сообщить вам до четверга, я приду - завтра вечером. Поэтому будьте дома. Тем временем позаботьтесь о лодке. Не допускайте в этом деле никаких ошибок, coute que coute. 83) И позвольте еще раз напомнить о необходимости молчания - никому ни слова, даже вашему другу Робу. Verbum sapientibus! Но вы ведь не ученый, мсье Коракл. Думаю, моя латынь вам непонятна. Если перевести на ваш родной язык, это означает: держите рот на замке, если не хотите получить вместо галстука веревку из материала грубее шелка или хлопка. Вы поняли?

На сатанинский юмор священника браконьер отвечает слабой улыбкой.

- Понял, отец Роже, все понял.

- Прекрасно. А теперь, mon bracconier, мне пора идти. Но перед уходом еще немного воспользуюсь вашим гостеприимством. Еще одна капля, чтобы защититься от холодного ветра.

С этими словами он наливает себе еще бренди - кстати, это лучший коньяк из "Уэльской арфы", выпивает, говорит "bon soir!" и выходит.

Проводив его до двери, браконьер стоит на пороге и смотрит ему вслед. Он думает о разговоре, и мысли его отнюдь не приятные. Никогда не радовался он так уходу гостя. Правда, дела обстоят не так плохо, как он опасался и мог ожидать. Однако все равно они плохи. Он в западне, в прочной сети, которую в любой момент могут затянуть; и трудно решить, кто лучше: полицейский или священник. Для собственных целей священник позволяет ему жить, но это все равно что жить, продав душу дьяволу!

Рассуждая так, он слышит звук, который делает его мысли еще более мрачными. По поляне разносится умоляющий голос - дикий стонущий крик, словно в крайнем отчаянии. Кораклу почти кажется, что это крик тонущей женщины. Но слух его слишком привык к лесным звукам, чтобы он мог обмануться. То, что он слышит, лишь слегка изменено ветром.

- Ба! - восклицает он, узнав крик малой ушастой совы. - Это всего лишь проклятая птица! Каким дураком страх делает человека!

И с этим пошлым замечанием он возвращается в дом, закрывает изнутри дверь и ложится в постель - не спать, но долго лежать без сна, испытывая все тот же страх.

Глава XXVIII
Игра в обиду

Солнце зашло в день рождения Гвен Винн, ее двадцать первый день рождения, но в поместье продолжается грандиозный праздник - бал!

Вечер темный, но тьма не мешает развлечениям; напротив, она усиливает их великолепие, подчеркивая иллюминацию. Вдоль всех прогулочных дорожек развешаны разноцветные лампы, они висят на деревьях, окна первого этажа дома открыты, и в них заходят и выходят, как в двери. Гостиная в этот вечер отведена для танцев; ее ковер убран, пол натерт воском и стал скользким, как каток, - отвратительный обычай! Хотя комната большая, она вмещает не больше половины желающих потанцевать; и, чтобы исправить этот недостаток, кадриль можно танцевать и снаружи, на газоне; струнный и духовой оркестр из соседнего городка играет так громко, что слышно всем.

К тому же не все заняты этим великолепным развлечением. Роскошно накрытый в столовой стол, с превосходным выбором вин, привлекает немало гостей; другие предпочитают прогуливаться по дорожкам, даже за пределами света ламп; некоторые не считают, что здесь темно: напротив, для них чем темней, тем лучше.

Присутствует по крайней мере половина элиты графства, и мисс Линтон, которая все еще хозяйка, в превосходном настроении осуществляет верховное правление. Поскольку это последнее развлечение в Ллангоррене, на котором она официально является старшей, можно было бы подумать, что она воспримет его по-другому. Но она остается жить в Ллангоррен Корте, привилегии ее нисколько не уменьшаются, и она может не опасаться будущего. Напротив, эту ночь она живет, как жила в молодости; ей кажется, что она вернулась в Челтхем, в дни своей славы и танцует с "первыми джентльменами Европы". Если ее звезда заходит, то заходит она во славе, как знаменитая песня умирающего лебедя.

Странно, что на таком празднике, со всеми связанными с ним обстоятельствами, старая дева, до этого бывшая хозяйкой поместья, счастливей, чем молодая, будущая хозяйка! Но так оно и есть. Несмотря на красоту и богатство - теперь оно не в будущем, а на самом деле принадлежит ей, - несмотря на окружающие ее веселье и великолепие, на дружеские приветствия и теплые поздравления со всех сторон, Гвен Винн совсем не весела. Напротив, она почти несчастна!

И по самой нелепой причине, хотя она так не считает; и не подозревает, что сама виновата. Они с капитаном Райкрофтом играют в игру, которая распространена в любовных историях и встречается часто, - это игра в обиду. И играют со всем мастерством и искренностью, какими обладают. Но мастерства у них немного, потому что ревность - плохое оружие. Хотя оно считается острым, на самом деле часто тупое и слепое, как сама любовь; и не будь они оба под ее влиянием, тут же поняли бы всю нелепость своего поведения. Влюбленные друг в друга до безумия, они сегодня вечером ведут себя так, как будто стали злейшими врагами или - в лучшем случае - разошедшимися друзьями.

Начала эту игру Гвен; но невинно, и даже с похвальными намерениями; будь ему известны эти намерения, ничего бы не встало между ними. Но когда, побуждаемая сочувствием к Джорджу Шенстону, она несколько раз подряд за вечер танцевала с ним, а в перерывах продолжала с ним разговаривать - слишком фамильярно, как заключил капитан Райкрофт, - и все это с обручальным кольцом на пальце, которое он сам на него одел, - неудивительно, что жених начал ревновать; и соответственно начал вести себя так, чтобы и она возревновала. Стратегия старая, как горы, как сама любовь.

И в своих попытках он, к несчастью, слишком преуспел: нашел готовое средство под рукой, человека, охотно пошедшего ему навстречу. А именно мисс Пауэлл, ту самую, что в прошлое воскресенье плавала в лодке Джека Уингейта, девушку настолько привлекательную, что в тот вечер она могла соперничать с Гвен Винн.

Хотя гусарского офицера только что ей представили, его имя ей знакомо, известен и рассказ о его героизме. Его внешность говорит сама за себя и производит такое впечатление на леди, что она тут же вписывает его имя в свою карточку для танцев, причем не раз, а несколько раз подряд.

И вот чувство ревности и в нем, и в Гвен, вначале легкое, разгорается ярким пламенем - зеленоглазое чудовище все растет в продолжение вечера.

С обеих сторон оно достигает максимума, когда мисс Винн после вальса, опираясь на руку Джорджа Шенстона, выходит в сад и останавливается, разговаривая, в тенистом месте.

Капитан Райкрофт стоит недалеко, ему все видно, однако слов разговора он не может услышать. Если бы он был ближе, услышанное мгновенно прекратило боль в его сердце и нарочитое ухаживание за мисс Пауэлл - положило бы конец и ее ожиданиям, если таковые у нее возникли.

Покончил этот разговор с надеждами Джорджа Шенстона; они долго пребывали в неопределенном состоянии, но этим вечером неожиданно оживились. Обманутый тем, что Гвен вначале согласилась так часто с ним танцевать, потом тем, как она использовала его для контраста, он снова начинает мечтать и не подозревает, что является только орудием в чужих руках. Напротив, набравшись от этого обмана храбрости, подбодренный, как никогда раньше, он делает то, на что никогда не решался, - предлагает Гвен Винн выйти за него замуж. Делает без предисловий, сразу, как берет препятствие на охоте.

- Гвен! Вы знаете, как я вас люблю, я готов отдать за вас жизнь! Станете ли вы... - Только сейчас он колеблется, как лошадь перед прыжком.

- Кем стану? - спрашивает она. Она думает о чем-то другом и потому спрашивает машинально, а не помогая ему.

- Моей женой?

Она вздрагивает, услышав его слова; она тронута его мужеством и искренностью, но понимает, что должна причинить ему боль.

А как это сделать, чтобы ему было легче? Может, самый прямой ответ - самый лучший. Думая так, она отвечает:

- Джордж, это невозможно. Смотрите!

Она протягивает руку, сверкающую драгоценностями.

- На что смотреть? - спрашивает он, не понимая.

- На это кольцо. - Она указывает на несколько бриллиантов на безымянном пальце, добавляя при этом: - Я обручена.

- О Боже! - восклицает он почти со стоном. - Это правда?

- Да.

На какое-то время наступает молчание; ее ответ не рассердил его, а глубоко опечалил.

С отчаянным усилием он берет себя в руки и наконец отвечает:

- Дорогая Гвен! Если я по-прежнему могу называть вас так... вы всегда будете для меня такой... я буду теперь вечно жить во тьме, в ожидании смерти - да, стремясь к ней!

Отчаяние имеет свою поэзию, как и любовь; оно часто превосходит любовь в красноречии; и Джордж Шенстон удивил Гвен и заставил ее почувствовать боль. Она не знает, что ответить, и радуется, когда оркестр заиграл новую кадриль - лансье. 84)

По-прежнему партнеры - на танец, но не на жизнь, они возвращаются в гостиную и присоединяются к танцующим; и Шенстон проходит через фигуры кадрили с печальным сердцем и вздохами.

Она тоже опечатлена и даже возмущена, видя капитана Райкрофта визави с мисс Пауэлл; на лице у него довольное, спокойное и почти циничное выражение; а ее лицо сияет торжеством!

В этот момент крайнего несчастья, предельной боли от ревности, повтори Джордж Шенстон свое предложение, она могла бы сорвать кольцо обручения с пальца и ответить:

- Согласна!

Но этого не произошло, как ни сложились обстоятельства. В гороскопе жизни Гвен ждут еще более тяжелые страницы.


81) Это я, фр. - Прим. перев
82) Мой браконьер, фр. - Прим. перев.
83) Любой ценой, во что бы то ни стало, фр. - Прим. перев.
84) Старинная форма кадрили. - Прим. перев.

Thursday, August 27, 2009 15:15
На сервере Бориса Бердичевского этот номер рассылки вышел
Wednesday, August 19, 2009 21:46
© Борис Бердичевский
borisba@borisba.com


Мне нравятся эти рассылки. А Вы подписались?
Новости компьютерной литбиблиотеки Б.Бердичевского
Подписка на эту рассылку на сервере Б. Бердичевского.
ДАР СЛОВА. Еженедельный лексикон Михаила Эпштейна
Antolog-faq
ЕЖЕправда

(не забудьте вписать свой E-майл)

Вниманию авторов рассылок на Сабскрайб.Ру! Если Вы хотите обменяться со мной формами подписки на Вашу рассылку, просто пришлите мне Ваши код и название. Я вставлю их в этот список и буду рассчитывать, что и Вы сделаете то же самое у себя! При этом код моих рассылок должен быть размещен на постоянной основе, а рассылка должна выходить регулярно.


В избранное