Заметки о животных Это не лечится
Наташа отчетливо понимала, что вляпалась. По самое не хочу! Жила себе спокойно, а теперь ей одной вот это всё расхлебывать надо. Да не ложкой столовой, а половником или даже ковшиком.
*****
— Можно еще немного пройти вперед? Ну что вы встали, мужчина?
— А я что? Не пускают меня.
— Давайте же. Еще! Чуть-чуть! Да втяните вы живот свой!
Наташе захотелось плакать.
До начала рабочего дня оставались считаные минуты, а она уже полчаса не может уехать.
К её остановке все троллейбусы подъезжали уже «нафаршированные» людьми.
Даже водителя не было видно. Одни только спины, руки, головы ну и другие, менее примечательные части тела…
— Девушка, отойдите! — раздраженно кричал молодой парнишка-водитель. Даже посигналил несколько раз.
«Значит, всё-таки за рулем кто-то есть» — обрадовалась Наташа.
Очень обрадовалась, потому что ей показалось, что троллейбусы и вправду сами по себе катаются. Ну что-то типа «восстания машин».
— Я на работу опаздываю! Пустите, пожалуйста. Люди-и-и!
— Не влезете всё равно! — кричал водитель. — А мне ехать надо. Отойдите!
Мужчина, который стоял перед Наташей, резко двинул тазом, и она упала на тротуар, порвав колготки на коленях.
«Блин! Я же их только вчера купила!».
Двери закрылись и троллейбус повез уткнувшиеся в окна радостные лица в сторону центра.
Она снова осталась на остановке одна.
Вот теперь Наташа реально заплакала.
Никогда такого не было, чтобы она не могла уехать. А сегодня будто весь мир был против неё.
Еще и мужик этот — чтоб у него тазобедренный сустав заклинило!
«Это же надо додуматься до такого: хрупкую одинокую девушку взять и вытолкнуть на тротуар».
Возмущение переполняло её. Точно так же, как люди переполняли сегодня утренние троллейбусы.
Нет, всё-таки права была мама, когда говорила, что нынче мужики не те!
Раньше они женщинам руку подавали и места услужливо уступали, а теперь...
Она не хотела вспоминать, что с ней произошло, поэтому просто встала с колен, отряхнула пыль и гордо подняла подбородок. Да так, что позвонок в шее хрустнул.
Ничего-ничего…
Наташа сильная! Наташа не будет по таким пустякам расстраиваться.
Она твердо решила идти на работу пешком, как вдруг заметила женщину в солнцезащитных очках.
И ей стало интересно, кто она такая, потому что ходить в солнцезащитных очках, когда небо затянуто тучами — это, как минимум странно.
Тут одно из двух: либо не хочет, чтобы её узнали, либо от кого-то прячется. Впрочем, это практически одно и то же.
Наташа остановилась возле дерева и стала внимательно наблюдать за таинственной незнакомкой.
Странная женщина потопталась с минуту на одном месте, озираясь по сторонам, после чего поставила картонную коробку на лавочку, наклонилась, что-то прошептала над ней и удалилась, быстро перебирая худенькими ножками.
«Бомба!» — первое, что пришло в голову Наташе. А может…
Она почему-то вспомнила один не менее интересный случай.
Однажды бородатый мужчина тоже оставил на остановке картонную коробку, а в ней оказались мандарины, которые люди быстро разобрали. Как раз перед Новым годом это было.
И минуты не прошло, как ароматные мандарины перекочевали из картонной коробки в чьи-то карманы, сумки, пакеты…
Мужик этот, правда, через десять минут прибежал, долго смотрел в пустую коробку, поорал немного и ушел, махнув рукой.
«Подавитесь» — последнее, что услышала от него Наташа.
Но тут явно было что-то другое. До Нового года еще далеко, да и тетка совсем не смахивала на бородатого дядьку.
Да и зачем шептать что-то? Заговор, что ли какой, чтобы не украли?
В общем, любопытство оказалось сильнее инстинкта самосохранения, и Наташа направилась в сторону коробки.
А когда открыла её, то увидела кошку. Да не просто кошку, а очень красивую.
«Ничего себе!»
— Что там, внученька? Мандарины? — спросила старушка, которая бесшумно подошла сзади.
— Нет, не мандарины. Кошка.
— А-а… Нет, кошку мне не надо. Самой есть нечего. А до пенсии еще неделя.
— А я вам и не предлагала ничего, — съязвила Наташа.
Нет, она ничего не имела против пожилых людей. Даже иногда через дорогу переводила старушек за спасибо.
Просто сегодня накипело. Хотелось кольнуть всех и каждого, да побольнее.
Она взяла коробку и пошла на работу. Потом вдруг резко развернулась на 180 градусов и направилась в сторону дома.
«Что она на работе будет с кошкой делать?».
А по пути остановилась еще раз… Причем резко так. «Наташ, а ты что вообще делаешь?» — задала она себе простой вопрос.
Вдруг женщина эта за кошкой вернется? Если она просто в магазин отошла на минуточку?
Ей стало стыдно. Получается, что она сейчас взяла и украла кошку. Причем самым наглым образом.
Наташа вдруг вспомнила мужика того с мандаринами, затем поставила себя на место женщины, которая вернется и не найдет на лавочке картонной коробки, и подумала:
«Убила бы!».
А бабушка, которая про мандарины спрашивала, если не уедет, обязательно расскажет, что это девица в рваных колготках коробку с кошкой забрала. Даже покажет, в какую сторону она ушла.
Наташа вернулась обратно. Позвонила на работу, сказала, что плохо себя чувствует, и стала ждать.
Чего именно ждать, она и сама еще не понимала. Наверное, возвращения той странной женщины в солнцезащитных очках. Или появления мужчины с мандаринами.
Троллейбусы проезжали один за другим и через окна хорошо просматривался салон.
Наташа снова заплакала. Ей так обидно стало. Значит, когда надо, они полные, а когда не надо — пустые.
Что за несправедливость?
Через полчаса кошка стала яростно царапать коробку изнутри и громко мяукать. Наташа достала её и прижала к себе, чтобы та немного успокоилась. А кошка еще больше занервничала. Всячески пыталась вырваться из рук.
Но Наташа, хоть и хрупкая с виду девушка, держала её крепко. Не убежит!
Когда она почувствовала горячее тепло, медленно растекающееся в области груди, а потом увидела виноватый взгляд, только тогда поняла: кошка хотела в туалет. Очень хотела.
«Ну вот что это такое — в самое сердце нагадила».
Наташа посадила кошку обратно в коробку и заметила там какие-то бумаги.
Первой бумажкой оказалась записка, написанная от руки:
«Я больше так не могу! Моя кошка неизлечимо больна и скоро умрет. Может сегодня, а может завтра. А может, уже умерла. Нет, даже не пытайтесь ничего сделать — не тратьте деньги. Потому что ЭТО НЕ ЛЕЧИТСЯ. С анализами, если хотите, можете ознакомиться в заключении. Если вы такая же слабохарактерная, как я, просто пройдите мимо. А если хватит смелости забрать Алису — мой вам низкий поклон.
P.S.
Усыпить её не могу и смотреть, как она умирает, тоже не могу».
Наташа задумалась.
Она отчетливо понимала, что вляпалась. По самое не хочу! Жила себе спокойно, а теперь ей это всё расхлебывать надо. Да не ложкой столовой, а половником или даже ковшиком.
Найти бы того мужика, который вытолкнул её из троллейбуса… Она бы ему показала и Кузькину мать, и где раки зимуют.
Отложив записку в сторону, Наташа достала заключение и стала внимательно читать.
Правда, после слов: «терминальная стадия онкологии» и «животное лечить бесполезно» читать перестала.
Ей всё было понятно.
«Верни обратно» — настойчиво пульсировала мысль в области правого виска.
Но Наташа сопротивлялась. Не хотела слушать здравый смысл. В конце концов, Наташа сильная и никакие трудности ей не страшны.
Она пришла домой, переоделась, плюхнулась в кресло и взяла кошку на руки.
Гладила её, говорила добрые слова, успокаивала (больше себя, чем Алису). А потом еще и поцеловала её в голову.
— Ну если суждено тебе умереть, то только в любви и ласке, а не на улице.
Кошка замурлыкала.
«А с другой стороны, почему бы не попробовать за тебя побороться? — подумала Наташа. — Да, будет непросто, но мы же вместе! А вместе горы можно свернуть, не то что онкологию победить».
Наташа решила съездить в ту клинику, название которой было указано в заключении, чтобы прояснить ситуацию. Быть может, не всё так печально.
Дозвониться она не смогла, поэтому просто вызвала такси и поехала.
Хотела на троллейбусе сначала ехать, но, вспомнив утро, передумала.
В такси было просторно и свободно. Как раз так, как она любила. А вот в ветлечебнице — не протолкнуться. Такое ощущение, будто там мандарины бесплатно раздавали.
— Можно еще немного пройти? Ну что вы встали, мужчина?
— А я что? Не пускают меня.
Дежавю, что ли?
И тут вдруг до Наташи дошло: это же тот самый мужик, который её из троллейбуса утром… Он тоже её узнал, опустил глаза и отошел в сторону. Правда, теперь с ним был маленький щенок. Повезло.
Наташа не стала выяснять с ним отношения. Бог ему судья, как говорится.
Ей важнее было в клинику попасть, на прием к врачу.
— В порядке очереди! Пожалуйста, не заходите больше трех человек одновременно, — кричала женщина в голубом халате.
Ожидая своей очереди, Наташа стала вслушиваться в то, что говорят люди.
А люди были взволнованы и напуганы. Некоторые и вовсе возмущены.
«У вас тоже нашли опухоль?», «Да! Я в шоке просто, у меня же хомячок!», «У моего пуделя Джастина тоже выявили онкологию!».
«Да что вообще происходит?» — не понимала Наташа. Но решила всё-таки подождать, пока её примет ветеринар.
Когда она зашла в кабинет, на неё смотрела женщина с уставшими глазами.
Рядом с ней на столе стоял пустой пузырек с валерьянкой.
Алиса сразу оживилась и стала шумно вдыхать ноздрями «больничный» воздух.
— Здравствуйте, — сказала Наташа.
— Здравствуйте, — ответила врач. — У вас тоже онкология?
— Я… я точно не знаю, но в заключении написано именно так. Может, надо дополнительные исследования провести?
— Нет, не надо.
— То есть… — Наташе стало плохо.
«Неужели действительно ничего нельзя сделать?» — подумала она.
— Да понимаете… Нас взломали и всем клиентам отправили по электронной почте одинаковые заключения с одним и тем же диагнозом. Поймала бы —убила!
— Хакеры?
— Не знаю… Там даже печати учреждения нет, а люди не обратили на это внимания и прибежали разбираться. Вот и приходится каждому объяснять, что произошла ошибка.
— И что теперь?
— Да ничего. Базу данных они не «поломали», слава Богу.
— То есть онкологии у нас нет? — не верила своим ушам Наташа.
— Фамилию назовите.
— Кошкина.
— Минуточку. Хм… Странно, но с такой фамилией у нас нет никого. Вы точно в нашей клинике анализы сдавали?
— Ну вот же заключение… А-а…
Наташа поняла теперь, в чем дело.
— Понимаете, эту кошку я нашла на остановке. А вместе с ней была записка, что она неизлечимо больна и заключение вот это.
— То есть вы взяли кошку, зная, что она скоро умрет?
— Ну да. Не на улице же её оставлять.
Врач встала из-за стола, подошла к Наташе и обняла её крепко.
— Вы золото просто!
— Спасибо, — от неожиданности Наташа захлопала ресницами. — Так, а как узнать, что с кошкой. Зачем-то же её хозяйка прежняя с ней к вам приходила.
— Сейчас всё узнаем.
Женщина села снова за стол и стала стучать по клавиатуре.
— Кошку зовут Алиса. У нее воспаление мочевого пузыря, и это лечится!
— Фу-ух!
— Лечение я вам сейчас назначу. Через неделю придете к нам и сдадим анализы снова. Для вас это будет абсолютно бесплатно.
— Спасибо… А можно узнать адрес хозяйки этой кошки?
— Зачем?
— Ну может, она её обратно заберет, когда узнает, что нет никакой онкологии.
Врач подумала немного, после чего записала адрес на бумажке.
«Здорово! Это как раз недалеко от моего дома» — обрадовалась Наташа, что не нужно ехать на другой конец города.
Она долго звонила в дверной звонок, потом долго стучала, и наконец, ей открыли.
На пороге стояла женщина.
Та самая, которую она видела утром. Правда, если утром она уверенно перебирала своими ножками, то сейчас еле стояла, оперевшись о косяк.
— Вам чего?
— Я вашу кошку принесла. У неё нет никакой онкологии, а только обычный цистит. Это лечится!
Женщина с минуту смотрела то на Наташу, то на свою кошку, потом еще минуты две-три плакала и, наконец, выдала:
— Вы врете! Моя кошка неизлечимо больна. Уходите!
Она захлопнула дверь.
Наташа постояла еще немного (вдруг одумается), потом покрутила пальцем у виска и сказала:
— Вот это точно уже не лечится! Пойдем, Алиса домой.
![]()
Это интересно
+2
|
|||
Последние откомментированные темы: